Бразилия. Бразилия

Дорога в облаках

Парати. Бразилия. Бразилия. Личный архив.

Я с детства люблю одну песенку. Всех слов не вспомню, но одна фраза оттуда непосредственно повлияла на мою жизнь: «Из Ливерпульской гавани, всегда по четвергам, суда уходят в плаванье к далёким берегам. Плывут они в Бразилию, Бразилию, Бразилию, и я хочу в Бразилию, к далёким берегам…» Этот мотив, предательски закравшийся ко мне в ванную три недели назад, и сводка погоды на сайте СNN сделали своё дело. Я наконец-то поняла, что всегда хотела в Бразилию, а возможность поймать последние летние деньки в Южной Америке стала настоящим соблазном.

Почти целую неделю к телефону гостиницы, где я решила остановиться, никто не подходил. Шёл Карнавал, а значит, вся страна не работает. На свой страх и риск я выкупила авиабилеты. В день вылета мне на почту наконец пришла довольно невразумительная информация на загадочном языке, которую я решила воспринять как утвердительный ответ. В аэропорту нас встречали, и это стало первым радостным открытием. Даже не заезжая в Рио-де-Жанейро, только жадно вглядываясь из окна в его удаляющиеся очертания, мы отправились в джунгли.

Зелёное побережье, как его здесь называют, представляет собой бо́льшую половину бразильского берега со стороны Атлантики. Здесь расположены лучшие пляжи страны и архипелаги, между островов которых путешествуют на яхтах те самые богатые, которые тоже плачут. И здесь терпкие запахи экваториального леса, с острыми нотками океанического бриза, сменяются томным запахом хорошего кофе при подъездах к бензоколонкам. На любой из них вам бесплатно предлагается чашечка кофе. Размяв затекшие после 18-часового перелёта ноги, приятно валяться на нежной зелёной траве (не важно, что прямо у дороги), глядя в небо. Самое красивое в Бразилии – это облака. Они так близко, что, кажется, слышно, как они рвутся в небе. Поднимаясь по горной дороге то мимо плантаций фруктовых деревьев, которые заслоняют виды океана и названия которых невозможно себе вообразить, то, разглядывая бескрайние поля с распластанным на них пронзительным небом, в первую очередь следишь за причудливой игрой облаков. Они укутывают горные вершины, на крутом вираже скрывают бездну, прячутся в пруду у заброшенной фазенды, рождаются и умирают на твоих глазах.

Разговорчивый водитель всю дорогу комментировал окружающую действительность на языке, подозрительно напоминающем португальский, периодически добавляя в него, в качестве приправы, междометия на английском. Как оказалось позже, он был единственным человеком, кто всё-таки владел иностранным языком. Но мне кажется, нет ничего приятнее, чем на отдыхе оказаться в стране, густо населённой от природы смешливыми, доброжелательными людьми, которые не понимают, о чём ты говоришь, но рады бы помочь. Жаль, что не можешь объяснить, что конкретно имеешь в виду. Но ведь можно попробовать?! Так, всё общение складывается из искренних улыбок и многозначительных жестов. Дня через два в предвкушении разговора ты уже начинаешь давиться от смеха.

Бразилия. Парати. Личный архив.

Заказ в ресторане, объяснения в отеле, банке, туристическом агентстве представляет собой конкурс весёлых и находчивых. В моем студенчестве была такая игра «Крокодил!» – обожала её. Раньше было принято играть в гостях. Это когда во́да загадывает слово или название фильма и жестами показывает, а ты должен угадать. Тут эта игра принимает масштабы страны. Причём с заметным удовольствием в неё включаются все желающие в радиусе нескольких метров, через минуту вас обступит толпа зевак.

Больше всего мне запомнился, конечно же, наш первый заказ в ресторане. Когда нам принесли меню, я развела руками с милейшей улыбкой, на что официант засмеялся и несколько раз приветно кивнул. Я пролистнула меню на плохом португальском, шутливо нахмурясь, и, демонстрируя своё полное непонимание, покачала головой. Он забеспокоился, склонился надо мной и начал читать мне вслух все названия на португальском, как заклинания. Пришлось захлопнуть фолиант, положить его на край стола и, указав на него, поднять большой палец высоко вверх. Официант тотчас счастливо заулыбался и закивал головой. Тогда я показала на каждого, кто сидел за столом, и ещё несколько раз подняла вверх большой палец. Он обрадовался ещё сильнее, если только это было возможно, и через несколько минут начался такой раблезианский беспредел, что нам позавидовали бы и Гаргантюа, и Пантагрюэль. Вместе взятые. Нам принесли всё лучшее и в каком-то гигантском количестве. При чём это удовольствие стоило сто долларов на троих, включая хороший портвейн на финале и бутылку красного! Счастье общение в счёт не было включено, но навсегда осталось в памяти. Каждая перемена блюд сопровождалась объяснениями на языке жестов: из чего это приготовлено и где это взяли, по-крайней мере, я так поняла эти мимические композиции, которые были снабжены такими же вежливыми, но настойчивыми попытками заставить меня запомнить названия яств, дабы иметь возможность воспользоваться этими знаниями в будущем, что, безусловно, пригодилось.

Бразилия. Парати. Вид из ресторана.

Но в некоторых местах, при бессознательном выборе блюд, к вам может подойти хозяин заведения и строго осудить вашу самодеятельность, пояснив, что столько съесть человек просто не в состоянии. При завышенной самооценке можете продолжать настаивать. Бразильские деревенские рестораны – это, конечно, отдельная песнь. Например. В горах (во время нашей дневной трапезы) на старинную, подробно реконструированную территорию фазенды, прямо в ресторан, ворвался табун пятнистых полудиких лошадей. Это выглядело довольно сюрреалистично, потому что, сгорая от стыда, весь обслуживающий персонал бросился их прогонять, как назойливых мух, размахивая накрахмаленными полотенцами. Лошади были крайне раздражены и спешно ретировались, прядая ушами. Их искреннее недовольство лично меня ужасно сильно развеселило. Я уверена, что они всё-таки вернулись туда вечером, как ватага мелких пакостников, и перетоптали все газоны.

Бразилия. Веранда. Вид из гамака.

Крохотный отель, в котором мы остановились, больше походил на пансионат. Несколько вилл разбросанных посредине джунглей, на берегу очаровательной лагуны. Там приятно оставаться наедине с собой, горячо любимым. Покачиваясь в мягком домотканом гамаке в такт ударов широких пальмовых листьев, сладко слушать, как вдалеке, прячась в буйных тропических зарослях, стрекочет птица, и тихо удивляться неверному, незнакомому узору листьев на тёмно-красном деревянном полу веранды… Предаться наконец-то скуке, этой непозволительной московской роскоши. Позволить себе часами смотреть на небо. Ведь когда ты решил поразить своих друзей и недругов экваториальным загаром посреди ранней весны, тогда только игра циклонов и антициклонов имеет значение.

Бразилия. Улицы города Парати.

И когда «встать» станет настоящим решением, тогда можно начинать путешествовать вглубь континента или вдоль побережья. Так, мы влюбились в небольшой старинный городок, ровесник Санкт-Петербурга – Парати, что означает часть земли, подаренная тебе Богом. Мы трижды возвращались сюда – бродить по узким улочкам двухэтажного крохотного поселения на берегу могучего океана самой-самой первой столицы Бразилии. Легко представлять себе (а там очень просто это делать – представлять), как везли сюда через горы и джунгли на гружёных мулах добытое золото. Как сражались с жестокими пиратами. Как устраивали первые карнавалы, которые сейчас – гордость этой страны. Там хорошо пережидать короткие ливни в кафе с поддельными мишленовскими звездами. Спотыкаться на безлюдных, плохо мощённых улицах, скрываться от зноя в тени вековых деревьев на церковной площади.

А потом хорошо махнуть на водопады, непременно посетить ферму, где гонят самогон из тростника под названием кашаса. А потом переходить потоки на непослушных, негнущихся ногах по шатким подвесным мостам. Рассматривать местных смешливых девчонок, сбежавших из школы, которые купаются прямо в одежде, среди цветов и бабочек таких размеров, что энтомолога-любителя хватит удар. И даже не имея художественного образования, легко насчитать там более десяти оттенков зелёного. Джунгли…

Рио. Belmond Copacabana Palace.

Ну а про Рио-Де-Жанейро… Среди путешественников принято рассказывать, что ничего особенного в нём нет. Не знаю, не знаю…

Во время всего путешествия именно жизнь простых людей, живущих в маленьких недостроенных домишках, которые то ли по иронии судьбы, то ли абсолютно сознательно они располагают в самых головокружительных по красоте и экваториальному колориту местах, кажется мне ужасно интересной. И интересно, что, в отличие от многих других стран, здесь нет ни одного жителя, который бы занимался делом. Исключения представляют причастные к туристическому бизнесу. А настоящий «бразильанец» – тот, кто сидит на пороге своего дома весь день с самого утра, исполненный тропической неги, с банкой местного пива или со своей кашасой, под приглядом аппетитной загорелой жены, и смотрит на горизонт, лениво перебрасываясь фразами с соседом напротив под визг чумазых и красивых ребятишек, которые возятся на дороге, прямо у его ног.

Отовсюду доносятся возгласы, знакомые по сериалам. У каждой деревушки несколько футбольных площадок, на которых днём, утопая почти по щиколотку в бархате белой пыли, мальчишки босиком (!) под палящим солнцем азартно гоняют мяч. Когда спадает жара, их сменяют взрослые. Собираются ценители и болельщики, игра продолжается до глубокой ночи, перерастая в вечеринку. В самом Рио плотность населения каждой фавелы составляет около 400 тысяч жестких ребят на каждую (см. фильм «Город Бога»). Но эти мрачные районы издалека приветно размахивают свежестираным бельём и умоляюще протягивают круглые телевизионные антенны к небу.

И никому не пожелаю оказаться в подобном месте вечером. Вместо сериалов, которыми они кормят полмира, сами бразильянцы предпочитают транслировать в прямом эфире в режиме нон-стоп полицейские реалити-шоу, снятые с нескольких камер, – о том, как правоохранительные органы пытаются навести в фавеле порядок. Иногда можно попасть на красивые кадры реальных перестрелок, снятых с вертолёта. Круглосуточная PR-акция. На самом деле такие вещи в Бразилии редко заканчиваются хэппи-эндом.

Вот например, история. Произошла на хайвэе. В опасной близости от фавелы, уже в самом Рио. На машину туристов напали несколько молодых ребят и, угрожая оружием, выкинули пассажиров, предварительно ограбив. Поблизости оказалась полиция из другого района, которая попыталась вступиться за пострадавших. Произошла перестрелка. Преступники в ней погибли. А жители района – фавелы, откуда погибшие были родом, высказали несогласие с действиями полиции. Пришли и разгромили участок. Чудом избежали военного столкновения. Логика улицы проста: ребятам надо – они взяли, а тебя не спросили. Ты ваще где живёшь? Ты – с другого района! Ведь чаще всего и бандиты и полицейские живут в одном районе и вместе играют в футбол. Поэтому как-то договариваются. Кстати, некоторые фавелы устраивают у себя сафари-драйв. На открытом джипе. Оплачивая эту поездку, ты покупаешь относительное спокойствие, поскольку деньги напрямую идут барону преступной группировки данной местности. Считается, что вас не тронут. Риск – благородное дело, но надевать часы и украшения, любые, даже грошовые, не рекомендую. Кстати, рассказывают, что у охранника Михаила Касьянова там часы подрезали на улице, пока он вход в ресторан уберегал. А ребят из Pet Shop Boys обобрали до нитки посреди бела дня на пляже, потому что Теннет не вовремя достал из кармана свой телефон…

Рио-де-Жанейро – умопомрачительный город. Старинные тенистые улочки богатых районов эклектики соседствуют с белоснежными высотками делового центра. Город украшен огромным количеством церквей, они повсюду – на площадях и улицах, высоко в горах. Над городом парит белоснежный силуэт статуи Христа –  он виден из любой точки. Но очарование Рио даже не в его архитектуре, но в атмосфере. Город полон пешеходами и зеваками. На берегу озера ещё с утра идут народные гулянья, и так до поздней ночи. В субботу и воскресенье все центральные улицы перекрыты, чтобы у местных жителей была возможность получать наслаждение от общений и пеших прогулок. А Копакабана – это вообще: кайты, волны, волейбол, девочки, бикини, пиво, кашаса. К вечеру начинаются танцы прямо на улицах. И в сиреневых сумерках под шум прибоя кажется – нет места лучше на Земле!

 

А вообще про Бразилию и без меня всем всё известно: сериалы, ягуары, кофе, футбол, фазенды, фавелы, капитаны песка и Копакабана. Именно там Остап Бендер собирался расхаживать весь в белом. Именно там карнавал, школы самбы, босанова. Там почитают океан как богиню Йеманжу и приносят ему дары. Там индейцы и пираньи. Горы, джунгли, водопады и лагуны. Дон Педро (их было даже два). И курят там «по-нашему», по-бразильски. И очень много диких обезьян.